Так уж случилось, что родилась она в неволе, куда попали ее родители в самом начале войны. Маму и раненого отца захватили в деревне Ленинградской области летом сорок первого. Не успел он залечить раны, как в избу бабушки, где и находились ее сын, невестка и старшая сестра Тамары, нагрянули пособники фашистов.

Как известно Тамаре Ивановне из рассказов матери, гнали семьи на Запад озлобленные отщепенцы. Они зверствовали и лютовали. Днем колонна будущих бесплатных работников для рейха тащилась пешком с детьми и узлами, а ночью их загоняли в сараи или попросту во рвы, которые наймиты охраняли с особым остервенением, выслуживаясь перед новыми хозяевами. Одним словом, те же бандеровцы, которые глумились хуже самих оккупантов.

А в Пруссии семью взял вместе с другими в свой фольварк прибалтиец-фермер. В отличие от пригнавших их туда карателей, он не издевался. Вместе с женой-немкой с пониманием относился к постепенно оправлявшемуся от ран главе семейства. А когда узнали, что его супруга ждет пополнения семейства, даже пенял: почему раньше не сказали. Дескать, надо же лучшее питание для будущей мамы.

Шло время. Далеко на территорию нашей страны отодвинулась война. Отец Тамары работал на железной дороге, мать – в садах и поле. В мае 1942 года на свет появилась Тамара.

Родителям приходилось нелегко на чужбине. Как бы хорошо не относились к ним хозяева, для них русская семейная пара с детьми была практически бесплатной рабочей силой противника со всеми вытекающими. Трудно описать, что семье довелось пережить и с приближением фронта.

-Слава Богу, дальше на Запад родителей не угнали, - вспоминает Тамара Ивановна. – С приходом советских войск, папу забрали на фронт, а мама с нами добралась сюда, в село Пискуновское. Здесь я выросла, училась в школе, вышла замуж за Виктора, проработала 42 года на ферме дояркой. Вместе мы вырастили дочь и сына.

Теперь Тамара Ивановна живет вместе с семьей сына Василия. У нее есть внуки. Правда, супруг Виктор Карпович, в свое время передовой водитель колхоза, к сожалению, уже ушел из жизни. Но сколько я помню, жили они в мире и согласии.

Тамара Ивановна знает о своих первых годах жизни по рассказам родных. За 70 лет, как говорится, много воды утекло. Сгладилась боль душевная. Да и не любит она бередить свое сердце грустными воспоминаниями о тех рассказах. Главное, считает, что мы победили и настал мир. Вот только отец погиб и маме трудно было одной поднимать детей.

Так уж случилось, что родилась она в неволе, куда попали ее родители в самом начале войны. Маму и раненого отца захватили в деревне Ленинградской области летом сорок первого. Не успел он залечить раны, как в избу бабушки, где и находились ее сын, невестка и старшая сестра Тамары, нагрянули пособники фашистов.

Как известно Тамаре Ивановне из рассказов матери, гнали семьи на Запад озлобленные отщепенцы. Они зверствовали и лютовали. Днем колонна будущих бесплатных работников для рейха тащилась пешком с детьми и узлами, а ночью их загоняли в сараи или попросту во рвы, которые наймиты охраняли с особым остервенением, выслуживаясь перед новыми хозяевами. Одним словом, те же бандеровцы, которые глумились хуже самих оккупантов.

А в Пруссии семью взял вместе с другими в свой фольварк прибалтиец-фермер. В отличие от пригнавших их туда карателей, он не издевался. Вместе с женой-немкой с пониманием относился к постепенно оправлявшемуся от ран главе семейства. А когда узнали, что его супруга ждет пополнения семейства, даже пенял: почему раньше не сказали. Дескать, надо же лучшее питание для будущей мамы.

Шло время. Далеко на территорию нашей страны отодвинулась война. Отец Тамары работал на железной дороге, мать – в садах и поле. В мае 1942 года на свет появилась Тамара.

Родителям приходилось нелегко на чужбине. Как бы хорошо не относились к ним хозяева, для них русская семейная пара с детьми была практически бесплатной рабочей силой противника со всеми вытекающими. Трудно описать, что семье довелось пережить и с приближением фронта.

-Слава Богу, дальше на Запад родителей не угнали, - вспоминает Тамара Ивановна. – С приходом советских войск, папу забрали на фронт, а мама с нами добралась сюда, в село Пискуновское. Здесь я выросла, училась в школе, вышла замуж за Виктора, проработала 42 года на ферме дояркой. Вместе мы вырастили дочь и сына.

Теперь Тамара Ивановна живет вместе с семьей сына Василия. У нее есть внуки. Правда, супруг Виктор Карпович, в свое время передовой водитель колхоза, к сожалению, уже ушел из жизни. Но сколько я помню, жили они в мире и согласии.

Тамара Ивановна знает о своих первых годах жизни по рассказам родных. За 70 лет, как говорится, много воды утекло. Сгладилась боль душевная. Да и не любит она бередить свое сердце грустными воспоминаниями о тех рассказах. Главное, считает, что мы победили и настал мир. Вот только отец погиб и маме трудно было одной поднимать детей.

Так уж случилось, что родилась она в неволе, куда попали ее родители в самом начале войны. Маму и раненого отца захватили в деревне Ленинградской области летом сорок первого. Не успел он залечить раны, как в избу бабушки, где и находились ее сын, невестка и старшая сестра Тамары, нагрянули пособники фашистов.

Как известно Тамаре Ивановне из рассказов матери, гнали семьи на Запад озлобленные отщепенцы. Они зверствовали и лютовали. Днем колонна будущих бесплатных работников для рейха тащилась пешком с детьми и узлами, а ночью их загоняли в сараи или попросту во рвы, которые наймиты охраняли с особым остервенением, выслуживаясь перед новыми хозяевами. Одним словом, те же бандеровцы, которые глумились хуже самих оккупантов.

А в Пруссии семью взял вместе с другими в свой фольварк прибалтиец-фермер. В отличие от пригнавших их туда карателей, он не издевался. Вместе с женой-немкой с пониманием относился к постепенно оправлявшемуся от ран главе семейства. А когда узнали, что его супруга ждет пополнения семейства, даже пенял: почему раньше не сказали. Дескать, надо же лучшее питание для будущей мамы.

Шло время. Далеко на территорию нашей страны отодвинулась война. Отец Тамары работал на железной дороге, мать – в садах и поле. В мае 1942 года на свет появилась Тамара.

Родителям приходилось нелегко на чужбине. Как бы хорошо не относились к ним хозяева, для них русская семейная пара с детьми была практически бесплатной рабочей силой противника со всеми вытекающими. Трудно описать, что семье довелось пережить и с приближением фронта.

-Слава Богу, дальше на Запад родителей не угнали, - вспоминает Тамара Ивановна. – С приходом советских войск, папу забрали на фронт, а мама с нами добралась сюда, в село Пискуновское. Здесь я выросла, училась в школе, вышла замуж за Виктора, проработала 42 года на ферме дояркой. Вместе мы вырастили дочь и сына.

Теперь Тамара Ивановна живет вместе с семьей сына Василия. У нее есть внуки. Правда, супруг Виктор Карпович, в свое время передовой водитель колхоза, к сожалению, уже ушел из жизни. Но сколько я помню, жили они в мире и согласии.

Тамара Ивановна знает о своих первых годах жизни по рассказам родных. За 70 лет, как говорится, много воды утекло. Сгладилась боль душевная. Да и не любит она бередить свое сердце грустными воспоминаниями о тех рассказах. Главное, считает, что мы победили и настал мир. Вот только отец погиб и маме трудно было одной поднимать детей.

Так уж случилось, что родилась она в неволе, куда попали ее родители в самом начале войны. Маму и раненого отца захватили в деревне Ленинградской области летом сорок первого. Не успел он залечить раны, как в избу бабушки, где и находились ее сын, невестка и старшая сестра Тамары, нагрянули пособники фашистов.

Как известно Тамаре Ивановне из рассказов матери, гнали семьи на Запад озлобленные отщепенцы. Они зверствовали и лютовали. Днем колонна будущих бесплатных работников для рейха тащилась пешком с детьми и узлами, а ночью их загоняли в сараи или попросту во рвы, которые наймиты охраняли с особым остервенением, выслуживаясь перед новыми хозяевами. Одним словом, те же бандеровцы, которые глумились хуже самих оккупантов.

А в Пруссии семью взял вместе с другими в свой фольварк прибалтиец-фермер. В отличие от пригнавших их туда карателей, он не издевался. Вместе с женой-немкой с пониманием относился к постепенно оправлявшемуся от ран главе семейства. А когда узнали, что его супруга ждет пополнения семейства, даже пенял: почему раньше не сказали. Дескать, надо же лучшее питание для будущей мамы.

Шло время. Далеко на территорию нашей страны отодвинулась война. Отец Тамары работал на железной дороге, мать – в садах и поле. В мае 1942 года на свет появилась Тамара.

Родителям приходилось нелегко на чужбине. Как бы хорошо не относились к ним хозяева, для них русская семейная пара с детьми была практически бесплатной рабочей силой противника со всеми вытекающими. Трудно описать, что семье довелось пережить и с приближением фронта.

-Слава Богу, дальше на Запад родителей не угнали, - вспоминает Тамара Ивановна. – С приходом советских войск, папу забрали на фронт, а мама с нами добралась сюда, в село Пискуновское. Здесь я выросла, училась в школе, вышла замуж за Виктора, проработала 42 года на ферме дояркой. Вместе мы вырастили дочь и сына.

Теперь Тамара Ивановна живет вместе с семьей сына Василия. У нее есть внуки. Правда, супруг Виктор Карпович, в свое время передовой водитель колхоза, к сожалению, уже ушел из жизни. Но сколько я помню, жили они в мире и согласии.

Тамара Ивановна знает о своих первых годах жизни по рассказам родных. За 70 лет, как говорится, много воды утекло. Сгладилась боль душевная. Да и не любит она бередить свое сердце грустными воспоминаниями о тех рассказах. Главное, считает, что мы победили и настал мир. Вот только отец погиб и маме трудно было одной поднимать детей.